"...- О, кстати, Боб, ты ж недавно в Москве был, как тебе русские женщины?
Боб, к нашему удивлению, замялся.
- Что такое? Не понравились русские женщины?
- Очень понравились русские девушки, но что с ними происходит после сорока, я не знаю. Наверное, там очень тяжёлая жизнь. Я видел очень много красивых девушек, но ни одной красивой женщины старше сорока..."

"... На следующей остановке в трамвай вошла крупногабаритная дама и остановилась около нас. Я приняла её за американку. Пара передо мной явно совершила ту же ошибку. "Освободи место этой корове", - говорит жена мужу. Муж лениво встаёт. Женщина садится. И на прекрасном русском отвечает: "Корова вас благодарит"..."

"... Как-то болтали мы о том о сём, и я спросила Сашу, что он сделает первым делом, когда заработает побольше денег.
- Поеду в Италию, а потом в Россию, - не задумываясь, сказал он.
- Почему? - удивилась я. - Ты ж только что там был. Посмотри страну, которую ещё не видел.
- Э нет, - улыбнулся он. - Я хочу поехать туда с кучей денег и пройти на каблуках там, где проползал на коленях.
Он лучше всех выразил то, что боялись либо не хотели говорить многие из моих знакомых эмигрантов... Я до сих пор не понимаю: чем хвастаться-то? Американской экономикой? Представляю себе, как встречусь с теми, кто создал и поднял в нелёгких российских условиях свой бизнес, защитил докторскую, издал книгу или запатентовал изобретение, но в связи с экономическими реалиями всё ещё живёт в небольших квартирах. И тут я начну им хвастаться поездками на Гавайи и спортзалом на первом этаже. Это называется "пройтись на каблуках"? У колосса - глиняные ноги. Американская экономика не моя заслуга. И туфли на этих каблукам мне жмут. Сразу вспоминается анекдот про Наполеона: "Вы не выше, вы - длиннее"...

"... - Ну как, изменилась Москва?
- Да ни фига...
В мозгу существовал, оказывается, некий трафарет под названием "Москва", и всё, что не подходило, отсеивалось. Мне хором пели все и вся, что я не узнАю город. Я узнала его сразу, как узнаёшь давнишнюю подругу, которая из молоденькой девушки превратилась в зрелую женщину, поменяла причёску, приоделась, накрасилась, слегка располнела, чуть-чуть увяла, помудрела, пообтесалась, но по сути осталась той же девчонкой, с которой вы встречали рассвет после выпускного вечера. Другая? Да. Но ведь та же самая! Народное не раздражало, а веселило. Иллюстрированная "Камасутра" в киоске у метро. Там же - мазь для счёта купюр и лак для ногтей... Подземный переход напоминал восточный базар, только ишаков не хватало..."

"...Боря спросил у своего друга, почему тот водит "Хёндай", а не, скажем, "Тойтоту". На что друг ответил, что "Тойтоа" у его начальника, а он в компании второй человек, и негоже ему иметь машину, как у первого, не говоря уж о машине получше. Никак эта логика не укладывалась в моей голове..."

"... О, это непереводимое прекрасное русское слово "пиздец"! Нет ему равных в ёмкости, охвате, в масштабе. Потому что Подмосковье - это оно самое. И синонимов нет. Велик могучий... Выезд за пределы всех кольцевых дорог должен быть обязательным в каждом туристическом маршруте. Москва, как всем известно, - это не Россия..."

"... Мы стояли на стрелке Васильевского острова, и эта петербурженка в шестом поколении с её рафинированным, богатейшим русским языком, с её феноменальными познаниями в истории, архитекутре и много в чём ещё смотрела, улыбаясь, на свинцовое протекающее небо и рассказывала нам о том, как вернулась.
- Я готова была припасть к каждой набережной и целовать камни. На некоторых я так и делала. Я стояла вот тут, на этом месте, под дождём, раскинув руки, любуясь Невой, и кричала: " Я охуеваю!"..."